Пугачёвский Исторический Центр

К 90-летию открытия в г. Пугачёве музея краеведенияАвтор Н.И.Сулейманова
У истоков нашего музея стояли передовые люди, среди них и Пеньков Петр Илларионович. До наших дней не сохранились сведения об этом прекрасном человеке, много сделавшего для сохранения истории нашего города. Нам только известно, что он умер в молодом возрасте в 1922г. или в 1923 г. В одном из номеров газеты «Новое время» были напечатаны легенды, собранные Петром Илларионовичем 31 декабря 1920 года в с.Большая Таволожка и в г. Пугачёве.
Сегодня я хочу представить читателям газеты «Новое время» его отчёт о раскопке курганов в окрестностях г. Пугачёва Самарской губернии в мае 1921 года.
13 мая в присутствии М.А.Рыбакова, Е.И.Кореневского, П.И.Пенькова и К.И.Журавлёва (К.И.Журавлёв в это время ещё не работал директором музея – прим. автора) приступили к раскопкам курганов, расположенных вблизи г.Пугачёва, с западной его стороны. Насколько было известно, в то время в Пугачёвском уезде никто и никогда ни раскопок, ни разведок с научной целью не производил. Если не считать эпизодического случая- раскопки кургана в 1919 году у с. Каменка Ф.Т.Яковлевым, приезжавшим из Самары. Но раскопка ничего не дала, так как курган был уже вырыт кладоискателями, то работа сотрудников музея явилась первой попыткой наладить в уезде раскопки.
Выбор места под раскопки 13 мая имела свою историю, о которой сегодня можно рассказать. 20 апреля 1921 года ученики местных школ I ступени принесли в музей известие, что вблизи города кем-то разрыт курган и начат другой. При этом ребята принесли с собой кости грызунов и несколько человеческих костей, взятых ими в яме разрытого кургана, часть лобной кости оказалась со свежими изломами. Судя по этому, копатели, вероятно, разрушили погребение и лопатами разбили череп. В сопровождении этих ребят, П.И.Пеньков немедленно отправился за город. Недалеко от кирпичного завода С.И.Ерёмина (Ерёмин бывший хозяин завода, который находился за железнодорожным полотном, напротив православного кладбища), Петр Илларионович увидел группу небольших курганов, среди которых некоторые были едва заметны. (На этом месте теперь продолжение города). Раскопанным оказался самый большой из всей группы (на плане № 3). Копать его начали с вершины, выкопанная яма размерами своими обычная современная христианская могила. В выкинутой из кургана земле, сотрудники музея нашли человеческие ребра и подобрали много костей грызунов. Через курган от разрытого был начат другой (на плане № 1), на вершине его был очерчен четырёхугольник три аршина(аршин =71,1 см=0,711м) по ребру, земля была вскопана лишь на один штык лопаты.
Во второй раз эти курганы осматривали с М.А.Рыбаковым. От мальчика- пастуха им удалось узнать по поводу разрытого кургана: курган в течении двух- трех дней, в начале апреля копали несколько ребят в возрасте 12-13 лет. На его вопрос, зачем они копают курган, ребята сначала ответили, что роют ямы для свалки нечистот. Когда пастушонок сказал им, что для этого есть готовые ямы в особом месте, они сознались, что роют могилы старинных людей, чтобы узнать, что в ней есть.
Таким образом, внимание сотрудников музея поневоле было сосредоточено на этом и так как оно находилось недалеко от города, что имело свои преимущества. Начать раскопки, хотя бы в самых скромных размерах, было постоянным желанием сотрудников музея. Для этой цели ждали специалиста из Самары, но надежды не осуществлялись. В 1921 году Самарское Общество археологии, истории и этнографии отказалось командировать специалиста в наш уезд. Поэтому Пенькову П.И., М.А.Рыбакову, Е.И.Кореневскому и К.И.Журавлёву пришлось решиться начать работу собственными силами. Получить рабочих для раскопок по условиям времени было абсолютно невозможно. Пришлось решиться повести работы с помощью воспитанников детского дома имени III Интернационала, которые на это охотно согласились и участвовали в количестве 18 человек. Кроме них, на раскопки самостоятельно приходили 4 учащихся школы II ступени. С этим достаточным количеством, но слабыми в работе силами 13 мая удалось раскопать один курган. Выбранный сотрудниками курган для раскопок находился на городской выгонной земле, на запад от города в полуверсте от кирпичного завода Ерёмина, расположенного прямо непосредственно за полотном железной дороги. Местность под курганом совершенно ровная, на юг, в версте от могильника, расположено озеро, в народе называемое «Каменским прудом», на запад, в таком же расстоянии поднимается Сырт, имеющий здесь направление с севера на юг. При глазомерной съёмке плана местности, сделанного Е.И.Кореневским, на площади приблизительно в 5 десятин,(1 десятина=10925 кв.м=1,0925 га) насчитано 23 кургана разной величины. Все курганы имели форму полушара, вершины тупые, иногда со впадиной, бока задернованные, основание очень расплывчатое, причем северная сторона у кургана всегда круче. Иногда вокруг кургана были заметны углубления, как бы остатки канавы, из которой брали землю для насыпи. Между прочим, среди могильника имелась кольцеобразная глинистая насыпь (на плане № 12), с глубокой воронкой посередине, поросшей травой. Думается, что это скорее всего место когда-то уничтоженной современной постройки.
В окрестностях этого могильника на расстоянии двух-трех верст(верста=1067 м=1,067 км) имелась ещё группа курганов, расположенных на возвышенности- на Сырту. Эти курганы были гораздо больше, чем остальные. Расположены они были в двух пунктах Сырта: около «Шалашовской дороги» (Шалаши – старое название села Красная Речка-прим.авт.) и на «Маяке» (гора Маяк находилась в западной части города-прим.авт.). Про один курган из группы на «Маяке» сотрудникам музея рассказывали, что в 1920 году он был рыт пастухами, которые нашли в нём три копья. Курган был осмотрен краеведами: действительно поверхность его была изрыта не глубокими ямами. Высота кургана на глаз была три – четыре аршина, насыпь сплошь была забита камнями, попадались камни по несколько пудов(пуд=16,38 кг) весом.
Разрытый 13 мая краеведами курган, имел форму полушария с очень расплывчатым основанием, вершину тупую, бока задернованные, была ли на вершине впадина, узнать было нельзя, так как он сверху был взрыт «малолетними копателями», о которых речь шла выше. Раскопка была начата прокладкой через восточную полу кургана с севера на юг, пробной траншеи в 20 аршин ширины и глубины. Траншея эта несколько заходила за края насыпи. В южном конце траншеи и в середине попадались норы, около одной из них найдена была кость, по-видимому, сурка. Кость эта подверглась процессу известкования, эмаль потрескалась, губчатое вещество начало разрушаться. Когда траншея была готова, Пеньков П.И., Кореневский Е.И., М.А.Рыбаков и К.И.Журавлёв, тщательно обметая веником её стенки, старались отличить материк от насыпной земли. Но, несмотря на старания, им этого сделать не удалось. Ничего характерного в этом отношении в траншее не оказалось. Сначала шёл во всю длину траншеи вершковый слой дерновой земли, сплошь пронизанный корнями травы, затем на четверть шла темно-бурая земля и за ней начиналась бурая глина с прослойками белой. Благодаря такой неудаче пришлось вблизи кургана вырыть контрольные ямы; в этой яме на четверть аршина шёл чернозём, а затем начиналась глина. Отметив все это, краеведы проложили вторую траншею через вершину кургана с востока на запад, перпендикулярно пробной 7,5 аршин в длину и 2,3 аршина в ширину. Со второго штыка в траншее начала попадаться глина с плесенью и кости грызунов. На глубине, приблизительно, одного аршина от поверхности кургана, в западной части траншеи при зачистке дна под лопату попалась часть ребра человека. Копать бросили, начав осторожно исследовать это место. Под южной стенкой траншеи было найдено с горсть трухи от чего-то, недалеко ещё два обломка ребра и коренной зуб, очень хорошо сохранившийся. Находки эти показались сотрудникам музея дурным признаком, закралось подозрение, что курган уже рыт и могила потревожена, как оно потом и оказалось. Вскоре краеведы убедились, что они находятся на самой могиле, это чувствовалось по особой рыхлости земли и видимым линиям свеженасыпанных слоёв земли, но определить границы могилы было нельзя, она была перерыта. Вынув ещё немного земли, на расстоянии пяти- шести четвертей от поверхности насыпи, нашли бедровую кость, под ней оказался позвонок, две гнилушки, маленькая косточка и две фаланги. Дальше, при осторожном раскапывании, показались кости таза и другое бедро, около них попался камешек и оказалось много мелких костей: фаланг, запястий, обломков позвоночника, костей рук. Стало ясно, что могила была когда то взрыта, кости вынуты и зарыты в другое место. Поиски черепа ни к чему не привели. При виде такой картины весь интерес у добровольных помощников постепенно пропал и работы, ввиду их бесцельности были прекращены. Сотрудники музея, для сохранения взяли в музей бедро, зуб, две гнилушки и камешек.
16 мая работы были продолжены теми же людьми, кроме учащихся школ II ступени. В этот день раскопали ещё один курган (на плане № 10). Насыпь разрытого кургана была очень расплывчатая, поднимаясь над уровнем окружающей площади не больше как на три- четыре вершка (вершок=4,44см=0,044 м), в окружности имела 9 сажень (сажень=2 м 13 см=2,13356 м), а в диаметре через верх три сажени. Вся поверхность его была сплошь забита камнями, камни изредка виднелись и в окружающей почве, но,по-видимому,это были случайные камни, попавшие туда с насыпи. При рытье Пеньков П.И., Кореневский Е.И., М.А.Рыбаков и К.И.Журавлёв убедились, что камней всего больше было у основания, ближе к вершине и на самой вершине их было меньше. Земля в насыпи была чернозём, перемешенная с кусками бурой глины. В контрольной яме на шесть вершков шёл чернозём, который незаметно переходил в бурую глину. Раскопку начали послойной съемкой насыпи, камни очень затрудняли работу. После выемки земли на один штык, дно было зачищено. Обрезов могилы не замечалось, лишь кое-где на площадке черной земли видны были пятна глины, камни теперь сосредоточились в одном месте, ближе к восточной стороне площадки. После новой выемки земли на одну лопату, здесь часто попадалась земля с плесенью и новой зачистки дна, вокруг камней ясно обозначились глинистые обрезы могилы. Могила была расположена на северо-восток в длину 45 вершка, в ширину 21 вершок, глубина её от поверхности насыпи, как потом оказалось, была около 30 вершков. Вся могила, вплоть до костяка была забита камнями и сыпучей бурой глиной. Камни (грубый известняк) и голыши, в могиле были крупнее, чем на поверхности кургана, самые крупные из них заметно сосредотачивались в северо-восток части могилы, т.е. как потом оказалось, над головой покойника. После обнаружения могилы, план раскопки изменился, сократились и размеры выемки. Работы повели продолговатым четырёхугольником, отступая на ¾ аршина от краев могилы. Сначала выбивали вокруг могилы на лопату или на две материк, а затем срывали насыпную глину могилы и выбрасывали камни. Вскоре попались кусочки небольших, по-видимому, случайных гнилушек и кости грызунов. На глубине, приблизительно, 18 вершков найдены были все врозь человеческие кости: 3 фаланги и несколько обломков ребра. Как попали эти кости в могилу, осталось для краеведов загадкой. На глубине, приблизительно 30 вершков лопата М.А.Рыбакова случайно ударилась о кость, на этом месте оказался череп. Работа с этого момента приняла полную определенность, приступили к осторожному раскрытию костяка. Вынимаемая земля тщательно просматривалась. Вскоре над костяком стали попадаться куски глины с ясными отпечатками темно-красного цвета от перегнившей коры. Куски глины с прослойками сгнившей коры, потом попадались и с боков и на дне могилы под костяком. Создавалось впечатление, что покойник был отовсюду обложен корой и так зарыт. Большой такой кусок глины, взятый со дна между ног, где кора отчасти сохранилась, так что было заметно её строение – был взят в музей. При съемке костяка, прежде всего, обнажился череп, около него было подобрано несколько кусочков хорошо сохранившейся бересты. Здесь же, М.А.Рыбаков поднял осколок раковинки, а затем- около левой ключицы найдена была и целая раковинка с проделанным у более острого конца отверстием в форме вытянутого ромба. Раковина –морская, размер её 1,5х 1х 0,7 см. Костяк лежал на глинистом дне могилы на спине с вытянутыми конечностями, головой на северо-восток. Череп, вероятно, под тяжестью камней, сдвинулся влево и несколько сплюснулся, так что подбородок был снижен и касался ключицы. По-видимому, под действием же тяжести, руки были слегка согнуты в локтях, особенно правая, позвоночник искривлён, рёбра переломаны, ноги заметно расходились к ступням. 5-й, 6 –й и 7-й позвонки, считая от крестца, оказались на половину в продольном направлении разрушенными, под ним имелась ямка три вершка в диаметре, наполненная золообразной землёй, была взята сотрудниками в мешочке домой, которая через сутки превратилась в глину. Скелет был измерен в длину и имел 37 вершков, в плечах 8 вершков. Но плечи, по- видимому, были сдвинуты с места. У правого колена обнаружена кость животного, у левого колена на дне могилы обнаружились кусочки железа, сильно окислившегося и рассыпавшегося на части. Что это за предмет был найден, определить не удалось. Рядом оказалось, что- то вроде металлического зеркальца с небольшими в верхней поверхности кусочками истлевшей ткани. Зеркальце не было целым, имелась лишь половина диска с продолговатым ушком
, имевшим продолговатое же отверстие. Нужно полагать, что оно в таком виде было положено в могилу, ибо, как оно само, так и излом покрыты одинаковым налётом. Нижняя сторона зеркальца совершенно ровная, никаких украшений на зеркальце не было видно и только на лицевой поверхности, по краям диска проходят две выпуклые полоски. Толщина зеркала была очень не значительна- не больше миллиметра, диаметр диска- 6,4 см, длина ушка 1,2 см. Зеркальце оказалось бронзовым: смесь меди и серебра. У кисти правой руки, среди земли попалось зерно коралла, сильно изменившееся с искусственной глухой дырочкой на поверхности. Вокруг шейных позвонков подобрано 29 бус, должно быть от ожерелья. Бусы разной величины, сильно подверглись разрушению, все они имели отверстия и были, по-видимому, нанизаны на тонкие проволоки, частица которой осталась в трёх бусах. Под черепом, свернутым влево был найден предмет вроде серьги из проволоки чистого серебра без спайки, проволока была согнута кольцом, один конец которого отводился вниз ввиде стерженька, обвитого спирально в свою очередь более тонкой проволокой. На кольце серьги при извлечении из земли, имелось что-то вроде другого небольшого колечка из очень тонкой проволоки, но это колечко при прикосновении к нему рассыпалось. Из костяка в музей были взяты череп, бедровая и большая берцовая кости, череп при извлечении рассыпался по швам, а некоторые кости поломались на куски.
Этот отчёт Константин Иванович Журавлёв нашел в бумагах Петра Илларионовича Пенькова в 1924 году, правильность которого, как участник раскопки, он удостоверяет.
Отчёт о раскопке курганов в окрестностях г.Пугачёва в мае 1921 года показывает нам, как работали первые сотрудники нашего музея и что находилось на том месте, где теперь располагается «залинейная» часть города: в районе ООШ №6, улицы Железнодорожной, первого микрорайона, микрорайона «Семь ветров» и т.д.

Comments are closed.